На чем основан популизм

Что такое популизм?

Что означают слова «популизм» и «популист»? Как распознать популиста в политике? «Газета.uz» попыталась выяснить: популизм — это хорошо или плохо?

В последнее время слова «популизм» и «популист» стали часто использоваться политиками, депутатами, компаниями и обычными гражданами.

Недавно СМИ сообщили, что действия Антимонопольного комитета против UzAuto Motors якобы были названы популистскими. Автопроизводитель оспаривает в суде предписание комитета снизить цены на автомобили и сделать покупателям перерасчет. Интернет-пользователи в поддержку комитета также назвали себя популистами.

Что такое популизм?

Общепринятого описания «популизма» не существует. Один из ведущих исследователей в данном направлении, профессор Университета Джорджии Кас Мудде описывает популизм как идеологию, согласно которой общество делится на «народ» и «элиту».

По мнению политолога Университета Диего Порталес в Чили Кристобала Кальтвассера, популист — это тот, кто разделяет общество на «непорочный народ» и «коррумпированную элиту».

Марк Чемпион в статье для Bloomberg охарактеризовал популизм «ящиком для инструментов», который может пригодиться в проведении любого рода политики.

Дмитрий Карцев в статье в «Медузе» пишет, что популизм — это не идеология в полном смысле этого слова, а скорее подход к политике, который могут использовать партии самых разных взглядов. Он воспринимает популизм как «эмоциональное обещание решать сложные задачи простыми средствами».

Кристобал Кальтвассер считает, что популизму противостоят два понятия. Одно из них — это элитаризм, который никогда не пользуется большой открытой поддержкой. Второе — это плюрализм. Сторонники плюрализма верят в демократию, но не соглашаются с популистической идеей, что существует единая «воля народа».

Дмитрий Карцев отмечает, что популизм распространился в таких масштабах, «потому что власть не хочет обсуждать важные проблемы, а критику объясняет глупостью или злым умыслом».

Слово «популизм» также часто используется с целью оскорбления или нанесения урона имиджу политического оппонента. BBC приводит пример лидера британской Лейбористской партии Джереми Корбина, который был обвинен в популизме из-за выдвинутого лозунга «За большинство, а не меньшинство».

Как определить популиста?

В книге «Популизм, краткое вступление» Кас Мудде подчеркивает, что популисты смотрят на политику как на «единое волеизявление народа». Для некоторых популистов все, что может блокировать реализацию этой воли, видится как ненужный или вредный механизм — даже суды и законы.

Для популистов народ является ядром их политики, пишет политический социолог Университета Амстердама Матьяс Рудийн. Они обвиняют элиту в том, что она отдалилась от простого народа, перестала понимать нужды людей и представляет только свои интересы.

Популисты верят, что все простые люди разделяют единый интерес в своем противостоянии элите. Они также считают, что только они являются представителями воли народа, отмечает Матьяс Рудийн.

Профессор Принстонского университета Ян Вернер Мюллер приводит пример бывшего лидера Партии независимости Великобритании Найджела Фараджа, который прокомментировал выборы по выходу Британии из Европейского союза как «победу для реального народа». Мюллер комментирует: «Как будто 48% проголосовавших остаться в составе ЕС были менее реальными людьми или же не являются членами политического сообщества страны».

Бенджамин Моффитт, исследователь шведского Уппсальского университета, изучил более 25 лидеров-популистов в истории и определил три их главных качеств:

Популисты всегда используют простой язык, чтобы народ их понимал и различал от сложного и формального наречия элиты, добавляет он.

Популизм — это хорошо или плохо?

Однозначного ответа нет. Согласно исследованиям глобальной сети ученых Team Populism, популисты могут положительно повлиять на явку избирателей и напомнить о подзабытых слоях населения и их проблемах. В то же время популисты могут вредить таким понятиям либеральной демократии, как права меньшинств или разделение властей.

Кас Мудде считает, что популисты разъединяют людей, а не объединяют.

Возможности популистов, если они придут к власти, в развитом обществе с сильными демократическими институтами сильно ограничены, отмечает Дмитрий Карцев. А в странах, где демократия не укоренилась и институты не развиты, нет устоявшихся механизмов сдержек и противовесов, популисты могут серьезно влиять на политику.

Источник

Что такое популизм

Термин «популизм» обычно используют с неодобрением, как синоним демагогии и пустословия, громких несбыточных обещаний. Примеры: предвыборный популизм; популизм в экономике; беззастенчивый популизм.

Примеры популистских заявлений

Если увеличить минимальную зарплату в 10 раз, бедность будет побеждена

В проблемах нашей страны виноваты иностранцы

Нужно разогнать бесполезный парламент и раздать зарплаты депутатов пенсионерам

Чтобы победить коррупцию, достаточно ввести смертную казнь для взяточников

Состояния всех миллиардеров нажиты нечестным путем, нужно отнять их и поделить

Правительство должно списать все долги и кредиты населения

Кто такие популисты

Популист обращается к широким слоям общества, неудовлетворенным своим положением, обещая им скорые перемены к лучшему. Так, политик-популист может обещать, что в случае победы на выборах быстро поднимет зарплаты и пенсии, снизит налоги, победит инфляцию, безработицу и коррупцию. На деле выполнить эти обещания крайне сложно.

Что лежит в основе позиции популиста

В основе позиции популиста лежит попытка понравиться народу, завоевать поддержку масс. Для этого популисты заявляют, что выступают в защиту «маленького человека» и его интересов. Например, обещают борьбу с социальным неравенством, всеобщее благосостояние, безопасность и справедливость.

Популизм становится особенно востребован в переходные периоды, в эпоху социальных кризисов, когда население ждет перемен к лучшему и готово поверить любому, кто их обещает.

Риторика популизма строится на экономических и социальных интересах «простых людей». Основные идеи, на которые опираются популисты:

Вера в возможность простейшего решения социальных проблем.

Недоверие к государственным институтам и большому бизнесу.

Критика бюрократии и коррупции.

Главным недостатком популизма является его утопичность: быстро решить проблемы общества простыми мерами невозможно. Поэтому после прихода популистов к власти население обычно разочаровывается в них, поскольку популистские обещания остаются невыполненными.

Источник

ПОПУЛИ́ЗМ

Том 27. Москва, 2015, стр. 157

Скопировать библиографическую ссылку:

ПОПУЛИ́ЗМ (франц. populisme, от лат. po­pulus – на­род), по­ли­тич. прак­ти­ка и свя­зан­ный с ней стиль ри­то­ри­ки, рас­счи­тан­ные на бы­строе за­вое­ва­ние по­пу­ляр­но­сти и под­держ­ки масс. Тер­мин, как счи­та­ется, воз­ник в 1890-е гг. в США в свя­зи с дея­тель­но­стью По­пу­ли­ст­ской (На­род­ной) пар­тии (см. По­пу­ли­сты ). П. от­ли­ча­ет ак­цен­ти­ро­ва­ние ин­те­ре­сов «про­сто­го че­ло­ве­ка», про­ве­де­ние по­ли­ти­ки «от име­ни на­ро­да». Раз­ви­тие П. в 20 в. свя­за­но с ак­ти­ви­за­ци­ей масс, рос­том их со­ци­аль­ных и по­ли­тич. за­про­сов, осоз­на­ни­ем по­ли­тич. ли­де­ра­ми не­об­хо­ди­мо­сти ис­поль­зо­ва­ния ме­то­дов мо­би­ли­за­ции, ко­то­рые спо­соб­ны под­чи­нить лю­дей их воле и це­лям. Ус­ло­вия­ми, спо­соб­ст­вую­щи­ми воз­ник­но­ве­нию П., яв­ля­ют­ся тя­жё­лое со­ци­аль­но-эко­но­мич. по­ло­же­ние ши­ро­ких сло­ёв на­се­ле­ния, не­про­зрач­ность по­ли­тич. ин­сти­ту­тов, не­дос­та­точ­ный уро­вень об­щей и по­ли­тич. гра­мот­но­сти, спе­ци­фич. чер­ты по­ли­тич. куль­ту­ры (во­ж­ди­ст­ские тен­ден­ции, пре­об­ла­да­ние аф­фек­тив­ных ори­ен­та­ций и др.). Осн. идеи П. – со­ци­аль­ная спра­вед­ли­вость, рас­ши­ре­ние уча­стия на­ро­да в управ­ле­нии, по­треб­ность в ав­то­ри­тет­ном ли­де­ре, не­до­ве­рие к пред­ста­ви­тель­ной вла­сти, кри­ти­ка бю­ро­кра­тии, оли­гар­хии, кор­руп­ции. Не­ред­ко по­пу­ли­ст­ски­ми ли­де­ра­ми вы­дви­га­ют­ся так­же на­цио­на­ли­стич. ло­зун­ги.

Источник

Популизм: что это простыми словами, примеры, причины, формы

Многих политиков в наше время обвиняют в популизме. При этом далеко не все понимают точный смысл этих обвинений и не все способны определить, насколько они уместны. Поэтому сегодня мы поговорим о том, что представляет собой популизм, как его распознать, какие методы он использует и почему в большинстве случаев настолько успешен, а также рассмотрим несколько типичных примеров.

Что такое популизм?

Популизм – это политическая деятельность или риторика, главной целью которой является получение народной поддержки. Обычно он направлен на самую обширную социальную группу – «простых людей». Политики-популисты обещают избирателям простое решение сложных проблем. В частности, практически всегда речь идёт о повышении всеобщего благосостояния, искоренении бедности и неравенства.

Термин «популизм» образован от латинского слова populus – народ. Изначально популистами называли политиков, близких к народу и действительно пекущихся о его благополучии. Но со временем слово приобрело отрицательный оттенок. Сегодня, называя политика популистом, подразумевают, что его слова и действия преследуют лишь одну цель – повысить собственную популярность любой ценой.

Существует две основных формы популизма:

Популистская риторика свойственна кандидатам, ведущим предвыборную кампанию, а популистская политика – уже состоявшимся политическим деятелям, которые рассчитывают сохранить народную поддержку и избраться на следующий срок.

Стоит отметить, что не существует чётких критериев, позволяющих однозначно определить, когда политическая стратегия или риторика превращается в популизм. К примеру, неопытный кандидат может вполне искренне давать смелые предвыборные обещания, не осознавая, что не сможет их сдержать. А популистские политические решения могут решать реальные проблемы и приносить людям пользу.

Примеры популизма

Основной принцип действия популизма заключается в том, что политик пытается угодить своей целевой аудитории, в качестве которой может выступать социальный слой (малообеспеченные граждане, средний класс) или социальная группа (рабочие, крестьяне). В ход идут обещания, которые должны обеспечить политику максимальную поддержку со стороны выбранной целевой аудитории.

Современные исследователи выделяют два вида популизма:

Типичные обещания левых популистов:

Типичные обещания правых популистов:

Стоит отметить, что в реальной жизни левые и правые популисты часто заимствуют друг у друга лозунги и обещания. Но даже сочетание взаимоисключающих тезисов (например, понизить налоги и сделать медицину бесплатной) не смущает и не отталкивает их целевую аудиторию.

Методы популизма

Особых успехов популисты обычно добиваются в кризисные периоды, когда значительно возрастает спрос населения на лидеров, способных быстро решить проблемы, вывести страну из кризиса, обеспечить стабильность, безопасность и процветание. Секрет этих успехов обычно сокрыт в умелой эксплуатации существующих проблем.

Основные методы популизма:

Как правые, так и левые популисты практически всегда используют противопоставление народа правящим элитам. При этом себя они позиционируют как представителей простых людей, несмотря на то, что сами часто являются представителями истеблишмента (политическая элита) или даже миллиардерами.

Почему популизм пользуется спросом?

Сегодня мы наблюдаем, как во всём мире к власти приходят популисты. Это происходит даже в успешных странах с развитыми демократическими институтами. Подобные успехи популистов объясняются такими причинами как:

Таким образом, популисты умело используют реально существующие проблемы. А поскольку мир столкнулся с рядом кризисных ситуаций, спрос на простые решения присутствует во всех странах, даже в тех, где уровень доверия к истеблишменту традиционно высок.

Заключение

Популизм – главная проблема и слабость демократических режимов. Даже если все политические институты в стране работают идеально, и фальсификации исключены, популисты всё равно будут приходить к власти, разочаровывая избирателей и дискредитируя демократию как политическую систему. Эффективных методов борьбы с популизмом не существует, поэтому сегодня во всём мире популисты приходят к власти за счёт кризисов, с которыми столкнулось человечество в XXI веке.

Источник

Популизм: верховенство народа и новая глобальная идеология

Сегодня элиты исповедуют либерализм практически во всем мире. Спор идет лишь о том, чего в либерализме должно быть больше – правого (акцент на экономику, свободу предпринимательства, крупные рынки, монополии, снижение налогов и т.д.) или левого (гендерная политика, мигранты, права человека и т.д.). Но и там, и там речь идет о либерализме (экономическом, политическом или обобщенном, интегральном). Все то, что выходит за пределы этого широко понятого (право-левого) либерализма, обычно и называется «популизмом».

Конец истории и триумф либерализма

Политическая наука кроме либерализма выделяет и нелиберальные, иллиберальные или даже антилиберальные идеологии – национализм (антилиберализм справа) и коммунизм, социализм, социал-демократия (антилиберализм слева). Но они не являются популистскими, потому что речь идет о полноценных мировоззрениях (фашистских, национал-социалистических или коммунистических), которое идеологически и исторически побеждены либерализмом. В ходе ХХ века либерализм победил сначала фашизм (вместе с коммунизмом), а потом и коммунизм (в «холодной войне»). В этом и состоял политико-идеологическое содержание этого столетия. Отныне доминирующая (политкорректная) идеология осталась исключительно либеральной.

Тезис Фукуямы о «конце истории» основан на том, что либерализм исторически победил, так как больше нет ни фашистов, ни коммунистов. Точнее ни фашисты, ни коммунисты не представляют собой серьезной и основательной – симметричной – угрозы или альтернативы либерализму. Но поскольку в планетарном масштабе остались только либералы, то им спорить не с кем, не с кем вести идеологическую борьбу – все элиты всех стран либеральны, альтернативы исчерпаны и повержены, закончились, для идеологических конфликтов больше нет оснований. Теперь, рассуждал Фукуяма, мир станет глобальным единым либеральным человечеством под руководством глобальных либеральных элит и Мирового Правительства. Политика будет заменена экономикой. Возникнет единое Мировое Государство – глобальное гражданское общество, «открыто общество».

Основанием для «конца истории», по Фукуяме, являются два фундаментальных факта: конец коммунизма в 1991 и более ранний конец фашизма (в 1943) и национал-социализма (в 1945). Позднее были окончательно демонтированы более мягкие формы национализма – перонизм в Аргентине, режимы Франко в Испании и Салазара в Португалии. Последние идеологии «третьего пути» в Третьем мире (в духе арабского баасизма) пали совсем не давно. Все иллиберальные идеологии на сегодняшний день уничтожены вместе с их носителями – странами, режимами, политическими системами, экономическими моделями. Остался только либерализм, с его практиками, ценностями.

Популизм: либералы становятся жертвами «теории заговора»

В 2000-е годы и особенно в последнее десятилетие – с 2010 года – появляется в политике совершенно новое явление, которое бросает вызов либерализму. Оно возникает прежде всего на Западе, но постоянно и довольно быстро растет и ширится во всем мире все больше и больше, во всем мире. Это и стало называться «популизмом»: массовые выступления против политики глобальных либеральных элит, выдвижения новых лидеров, отстаивающих такую ориентацию, рост влияния популистских партий и движений. Причем это популистский вызов, будучи ориентирован строго против либерализма, исходит не от коммунистов (их как глобальной мировой силы больше нет) и не со стороны фашистов (их тем более нет, фашистские режимы побеждены уже больше полувека назад). Нет ни нацистской Германии, ни фашистской Италии, ни СССР. Иллиберальных режимов больше нет, а соответствующие им идеологии и политические системы распалась, рассеялись и ушли в прошлое.

Коммунистический режим в Китае не может считаться в полном смысле слова ни «коммунистическим», ни лаже «левым». В экономике он основана на либерализме, а политика опирается на акцентированный национализм и реализм. В самой идеологии все более нарастают конфуцианские мотивы, существенно меняющие само содержание китайского общества. При всех успехах Китая, едва ли можно считать этот синкретический и постоянно меняющийся комплекс идей с преобладанием прагматизма серьезной идеологической альтернативой для либералов. Тем более, что ранее, особенно в 1980 и даже в 1990-е годы, большинство аналитиков считало, что либеральные реформы китайской экономики естественным образом приведут к тому, что власть Компартии ослабнет, и будет в конечном итоге упразднена, а Китай пойдет по постсоветскому пути. Этого не произошло, но все равно Китай до сих пор не рассматривается как серьезная идеологическая альтернатива либерализму.

Но тем не менее, у либерализма возникает враг – это популизм. По сути, это нелиберальная политика, не являющаяся националистической (фашистской), ни социалистической или коммунистической. Это новое явление в политике стало почти ругательным понятием. Либералы не могут признать существование какой-то антилиберальной идеологии за пределами фашизма и коммунизма и пытаются навязать такое толкование «популизма», которое отсылало бы это явление к новой форме фашизма или левого анархизма. Либеральные элиты пытаются объяснить популизм с помощью старых идеологических клише (как завуалированный фашизм, криптофашизм или завуалированный коммунизм, криптокоммунизм). Таким образом, возникает новый тип «теории заговора», в которую отныне верят именно либералы (тогда как ранее это было достоянием маргинальных – часто экстремистских социальных групп).

Желто-зеленое правительство Италии и желтые жилеты: против либерального Центра

Популизм не хочет быть ни левым, ни правым

Популизм не хочет быть левым, не хочет быть марксизмом, не хочет быть социал-демократией – и это очень важно. Популисты отвергают это – они не видят себя носителями конвенциональной политической идеологии левых на Западе. И это характерно для все левых популистов – от «Пяти Звезд» (Италия), движения Меланшона (Франция), Ауфэрштеен Сары Вагенкнехт (Германия), Подемос (Испания) или сторонников Тулси Габбард или Берни Сандерса (США).

Но точно так же большинство популистов не видят себе места и в классической правой, националистической идеологии. Популисты не хотят быть правыми, не хотят быть националистами, а тем более фашистами. Среди них есть устойчивое неприятия миграции, есть отдельные элементы национализма, но они не доминируют, не являются главенствующими и характерные для многих европейских рабочих, которые отвергают мигрантов не по культурным и не по этническим соображениям, а по экономическим. Кто-то из популистов отвергает ту же неограниченную миграцию по культурным соображениям, но без всякой связи с национализмом, а тем более с расизмом или ксенофобией.

Претензия к либерализму – это не только мигранты. Это и неэффективная политика, и кризис среднего класса, который не растет, а сокращается, и отсутствие мировоззренческих перспектив, и удушающая доминация крупных монополий над реальной экономикой, и гендерная политика, приравнивающая перверсии к норме. Например, во Франции противники легализации однополых браков собирали многомиллионные демонстрации в рамках «Манифестации для всех» (Manif pour tous). Это в подавляющем большинстве самые обычные средние французы. На таких митингах и процессиях вообще нет никакой идеологии – легализация однополых браковвызывает политическое возмущение обычных французов (не коммунистов и не фашистов, просто французов). Конечно, их пытаются записать в «фашисты», потому что семья считается консервативным институтом, но это абсолютно не так. «Манифестация для всех» не содержит ничего «консервативного». Просто люди не согласны не с самим наличием гомосексуалистов, а с приданием им нормативного статуса и с усыновлением такими парами приемных детей. Вся Франция категорически отвергает это, а политические элиты говорят – «плевать мы хотели на миллионные демонстрации, вы – никто, мы принимаем закон о гомосексуальных браках, а вы свиньи, молчите».

Демократия как власть меньшинств

Так, либеральные элиты становятся все более аррогантными, высокомерными и все менее демократическими.

Сегодня либерализм расходится с демократией. У меня была беседа на канадском телевидении с Фукуямой, в ходе которой я спросил его: что такое демократия для современных либералов? Это власть большинства? Он ответил, что нет – это власть меньшинств, направленная против большинства.

А что значит «того»? С точки зрения классической демократии, «тем» является тот, кого выбрал народ. С точки зрения либералов – нет, «тем» должен быть либерал из глобалистской элиты, только он в их глазах легитимен. Поэтому у народа остается почетная функция выбрать того, кого ему скажут выбрать либералы. А если народ не хочет голосовать и признавать их легитимность, тогда он становится «популистом», а популизм оказывается уничижительным термином, который применяется к неполиткорректным элементам общества. Круг замыкается. По сути мы имеем дело с ликвидацией демократии, с ее демонтажом. Налицо все признаки идеологической диктатуры – третьего тоталитаризма (если считать первым тоталитаризмом советский, а вторым фашистский).

Народ как концепция: Ренессанс и античные истоки

Здесь я хотел обратить внимание на само понятие «народ». Оно имеет интересную судьбу. С одной стороны, народ лежит в основе всех современных демократических конституций, где утверждается, что легитимным источником власти является народ. Казалось бы, как можно в такой ситуации оскорблять народ уничижительным термином? Если народ является источником власти, как же можно использовать термин «популизм», чтобы демонизировать и дискредитировать самого главного носителя власти? Ведь «популизм» это то же что «народность», само слово образовано от лат. populous, фр. le people, англ. the people, аитл. il popolo и т.д. Но народ, согласно Конституции, и есть главный легитимный носитель власти. Как можно обвинять главного легитимного носителя власти в том, что он есть тот, кто есть?!

Здесь возникает важное соображение, имеющее огромное значение во всех смыслах – в том числе и возможно, в первую очередь, в контексте конституционного права: а как со свей строгостью трактуется понятие народа? Чтобы понять это необходимо сделать краткий экскурс в политическую историю.

Идеологическая узурпация понятия народ

Социалистические режимы истолковали народ как класс, еще более экстравагантное толкование. Отчасти левые идеологии принимают либеральное представление об индивидуумах, но сводят все типы людей к двум классам – буржуазии и пролетариату, обладающим различным типом сознания. Поэтому для идеологов марксизма или социализма народ представляет собой разнородную массу, которую следует разделить по классовому признаку и единство которой фиктивно. Таким образом, классовая интерпретация предваряет само представление о народе, делая его условным, не принципиальным и даже обманчивым. Здесь тоже народа нет, есть классы.

Националистическое толкование также искусственно и идеологически окрашено. Для националиста народ – это люди, имеющие гражданство той или иной страны. Нация – это политическое понятие. Оно искусственное построение, основанное на индивидуальной идентичности. Для националистов и фашистов народ неразрывно связан с государством. Расисты толкуют его через расу, что также является искусственным конструктом. Таким образом и для националистов народа нет, есть нация (или раса).

Таким образом, ни в одной из политических идеологий (ни в либерализме, ни в социализме, ни в национализме) нет понятия «народ». Более того, народ не может иметь для них решающего значения, поскольку каждая идеология толкует его по-своему.

Мы вынуждены констатировать, что в Новое время произошла фундаментальная подмена принципиального правового понятия. Случилась узурпация права на интерпретацию той инстанции, которая должна быть первоисточником любых толкований, поскольку толкование в каком-то смысле и есть власть. По сути, предоставляя возможность носителям основных политических идеологий Модерна толковать понятие народ, мы совершаем преступление против конституционного строя и его основ.

Когда какая-то идеологическая группа в обществе узурпирует право толковать базовое и центральное юридическое понятие – «народ», выступающее как высший источник власти, а следовательно, и легальности, и легитимности, речь идет о факте неправомочного захвата власти, об узурпации.

Популистское восстание сегодня – это возврат народа к его юридическим, конституционным правам. В любой современной идеологии (либеральной, националистической, социалистической) народа, по сути дела, не существует. Вместо народа есть его интерпретация, основанная на той или иной идеологии. Но таким образом происходит узурпация конституционных прав народа. Сам народ лишается своего бытия, лишается содержания.

Популизм возвращает нас к этой краже, к этому конституционному преступлению. Либерализм, коммунизм и фашизм, строго говоря, должны быть юридически запрещены. Поэтому власть либеральныхэлит, основанная на идеологии (индивидуалистическое толкование понятия народ), не просто не легитимна, но преступна в корне. Это именно правовое государственное преступление.

Конституционный запрет на идеологию

Очень интересно, что в Конституции РФ есть запрет на идеологию. Если мы внимательно присмотримся, то этот запрет на идеологию может иметь очень глубокий смысл. Конечно, это пункт был введен в 90-е либералами, стремившимися изжить советскую идеологию и поставить максимальное количество преград на пути ее возрождения. Либералы, бывшие у власти в России в 90-е, хотели тем самым запретить все идеологии, отличные от своей собственной – то есть от либерализма. Но само конституционное положение, пусть и принятое ситуативно, остается таким, как оно есть. В России запрещена в качестве государственной любая идеология. В том числе – и прежде всего – либеральное. Либерал не может выступать от имени государства, придавать либеральным идеям, дефинициям и мировоззренческих тезисам статус официальной позиции. Это касается и других идеологий. Но актуально это прежде всего в отношении либералов, которые явно злоупотребляют властью – прежде всего в таких областях как экономика, образование и культура, причем делают это именно от лица власти, государства и правительства.

Поэтому конституционная норма о запрете на идеологию должна по смыслу интерпретироваться как запрет на узурпацию прав народа на то, чтобы обладать полнотой собственного суверенитета.

Никакая идеология не может нам говорить, что такое народ. Только сам народ знает, кто он; только народ надо об этом спрашивать, и только народ является субъектом истории и главным носителем суверенитета и права.

Популизм как возврат народа в политику

Популизм и есть этот возврат народа в политику. Но когда народ пытается сказать, что ему не нравится идеология правящих элит, элиты начинают борьбу с народом.

В каком политическом моменте мы живем сегодня? Сегодня развертывается борьба узурпаторов прав народа против самого народа. И эта проблема не ограничивается странами Запада. Почти то же самое происходит и в других областях мира. В том числе и в России. Либеральные элиты глобальны. Сегменты этой глобалистской сети в качестве пятой и шестой колонн – есть практически во всех государствах. И почти везде они занимают ведущее положение в соответствующих политических системах. Между этими элитами существует солидарность: у всех общий враг, народ (независимо от того, о каком народе идет речь), бросающий им сегодня вызов, обнаруживающий постепенно факт узурпации ими власти, нелигитимность самого явления либеральной диктатуры, имеющий сегодня почти планетарный масштаб. «Конец истории» в 90-е, провозглашенный Фукуямой, был призывом либеральным глобальным элитам объединиться в Мировое Правительство. Но этому не суждено было состояться: планы либералов натолкнулось на сопротивления народов. Причем оно исходило не от классических идеологических противников (национализма и коммунизма), а от живого и прямолинейного народного большинства. От самой демократии.

Императив солидарности народов в борьбе с глобалистской элитой

Запрет на три идеологии

Почему мы говорим больше о либерализме? Потому что в отличие от идеологических условий ХХ века сегодня социализм не является особенно влиятельным и тем более не обладает возможностью тоталитарно диктовать свои идеологические установки. Также социалисты сегодня почти не влияют на определение базовых юридических категорий. А если и влияют, то в случае Китая или Северной Кореи, то лишь в региональном масштабе и более того, для адекватной оценки этого влияния необходим глубокий анализ таких правовых систем, как китайская или северно-корейская. И там все далеко не так, как кажется стороннему наблюдателю. Но само собой разумеется, что запрет на идеологию должен касаться не только либералов, но и левых.

Соответственно, и националисты должны быть юридически запрещены, потому что они подменяют народ своими конструкциями (этатистскими, националистическими, расистскими или ксенофобскими, но в любом случае искусственными). Опасность национализма именно в том, что он легко может перевести праведный гнев народов, направленный против правящих элит, на другие народы, меньшинства или представителей иных культур и конфессий. Этим не преминут воспользоваться глобалисты.

Народ и его Слово

Популизм должен восприниматься не просто как спонтанная реакция населения на нелегитимность глобалистских элит. Это должно стать новой идеологией, ставящей во главу угла народ. Это должно быть демократическим движением. Это должно быть конституционным процессом борьбы народа за свой суверенитет.

Народ не должен унижаться, просить или даже требовать у элит «дайте нам права, обеспечьте нам лучшую жизнь». Современные элиты нелегитимны. Мы не должны к ним обращаться, мы должны от них освободиться, их сместить, их упразднить. Их просто не должно быть. Либеральные элиты – узурпаторы власти, они антиконституционны. А место людей, совершивших государственный переворот, как минимум, в местах не столь отдаленных (если не хуже).

Никто, кроме народа, не может говорить от его имени. Поэтому борьба народов за свой голос, за свою власть и за свое верховенство есть историческая битва за слово – за Слово.

Источник