если любишь цветок единственный какого больше
Если любишь цветок единственный какого больше
На пятый день, опять-таки благодаря барашку, я узнал секрет Маленького принца. Он спросил неожиданно, без предисловий, точно пришел к этому выводу после долгих молчаливых раздумий:
— Если барашек ест кусты, он и цветы ест?
— Он ест все, что попадется.
— Даже такие цветы, у которых шипы?
— Да, и те, у которых шипы.
Этого я не знал. Я был очень занят: в моторе заело один болт, и я старался его отвернуть. Мне было не по себе, положение становилось серьезным, воды почти не осталось, и я начал бояться, что моя вынужденная посадка плохо кончится.
Задав какой-нибудь вопрос, Маленький принц уже не отступался, пока не получал ответа. Неподатливый болт выводил меня из терпенья, и я ответил наобум:
— Шипы ни за чем не нужны, цветы выпускают их просто от злости.
Наступило молчание. Потом он сказал почти сердито:
— Не верю я тебе! Цветы слабые. И простодушные. И они стараются придать себе храбрости. Они думают: если у них шипы, их все боятся.
Я не ответил. В ту минуту я говорил себе: «Если этот болт и сейчас не поддастся, я так стукну по нему молотком, что он разлетится вдребезги». Маленький принц снова перебил мои мысли:
— А ты думаешь, что цветы.
— Да нет же! Ничего я не думаю! Я ответил тебе первое, что пришло в голову. Ты видишь, я занят серьезным делом.
Он посмотрел на меня в изумлении.
Он все смотрел на меня: перепачканный смазочным маслом, с молотком в руках, я наклонился над непонятным предметом, который казался ему таким уродливым.
— Ты говоришь, как взрослые! — сказал он.
Мне стало совестно. А он беспощадно прибавил:
— Все ты путаешь. ничего не понимаешь!
Да, он не на шутку рассердился. Он тряхнул головой, и ветер растрепал его золотые волосы.
— Я знаю одну планету, там живет такой господин с багровым лицом. Он за всю свою жизнь ни разу не понюхал цветка. Ни разу не поглядел на звезду. Он никогда никого не любил. И никогда ничего не делал. Он занят только одним: складывает цифры. И с утра до ночи твердит одно: «Я человек серьезный! Я человек серьезный!» — совсем как ты. И прямо раздувается от гордости. А на самом деле он не человек. Он гриб.
Маленький принц даже побледнел от гнева.
— Миллионы лет у цветов растут шипы. И миллионы лет барашки все-таки едят цветы. Так неужели же это не серьезное дело — понять, почему они изо всех сил стараются отрастить шипы, если от шипов нет никакого толку? Неужели это не важно, что барашки и цветы воюют друг с другом? Да разве это не серьезнее и не важнее, чем арифметика толстого господина с багровым лицом? А если я знаю единственный в мире цветок, он растет только на моей планете, и другого такого больше нигде нет, а маленький барашек в одно прекрасное утро вдруг возьмет и съест его и даже не будет знать, что он натворил? И это все, по-твоему, не важно?
Он густо покраснел. Потом снова заговорил:
— Если любишь цветок — единственный, какого больше нет ни на одной из многих миллионов звезд, — этого довольно: смотришь на небо — и ты счастлив. И говоришь себе: «Где-то там живет мой цветок. » Но если барашек его съест, это все равно как если бы все звезды разом погасли! И это, по-твоему, не важно!
50 цитат из книг Антуана де Сент-Экзюпери
Я ведь не хотел, чтобы тебе было больно. Ты сам пожелал, чтобы я тебя приручил.
Зорко одно лишь сердце. Самого главного глазами не увидишь.
Мы в ответе за тех, кого приручили.
Глаза слепы. Искать надо сердцем.
Хотел бы я знать, зачем звезды светятся. Наверно, затем, чтобы рано или поздно каждый мог вновь отыскать свою.
У людей уже не хватает времени что-либо узнавать. Они покупают вещи готовыми в магазинах. Но ведь нет таких магазинов, где торговали бы друзьями, и потому люди больше не имеют друзей.
Когда даёшь себя приручить, потом случается и плакать.
Таким был прежде мой Лис. Он ничем не отличался от ста тысяч других лисиц. Но я с ним подружился, и теперь он — единственный в целом свете.
Никогда не надо слушать, что говорят цветы. Надо просто смотреть на них и дышать их ароматом. Мой цветок напоил благоуханием всю мою планету, а я не умел ему радоваться.
И когда ты утешишься (в конце концов, всегда утешаешься), ты будешь рад, что знал меня когда-то. Ты всегда будешь мне другом. Тебе захочется посмеяться со мною. Иной раз ты вот так распахнёшь окно, и тебе будет приятно. И твои друзья станут удивляться, что ты смеёшься, глядя на небо. А ты им скажешь: «Да, да, я всегда смеюсь, глядя на звёзды!» И они подумают, что ты сошёл с ума. Вот какую злую шутку я с тобой сыграю.
А если ты приходишь всякий раз в другое время, я не знаю, к какому часу готовить свое сердце.
Ничего я тогда не понимал! Надо было судить не по словам, а по делам. Она дарила мне свой аромат, озаряла мою жизнь. Я не должен был бежать. За этими жалкими хитростями и уловками надо было угадать нежность. Цветы так непоследовательны! Но я был слишком молод, я еще не умел любить.
Себя судить куда труднее, чем других. Если ты сумеешь правильно судить себя, значит, ты поистине мудр.
Твоя роза так дорога тебе, потому что ты отдавал ей всю душу.
— А где же люди? В пустыне так одиноко.
— Среди людей тоже одиноко.
У каждого человека свои звезды.
Ты навсегда в ответе за тех, кого приручил.
Ведь тщеславные люди воображают, что все ими восхищаются.
Должна же я стерпеть двух-трех гусениц, если хочу познакомиться с бабочками.
Тщеславные люди глухи ко всему, кроме похвал.
Он не ответил ни на один мой вопрос, но ведь когда краснеешь, это значит «да», не так ли?
Люди забираются в скорые поезда, но они уже сами не понимают, чего ищут. Поэтому они не знают покоя и бросаются то в одну сторону, то в другую. И все напрасно.
Да, да, я люблю тебя. И моя вина, что ты этого не знал.
Цветы слабые. И простодушные. И они стараются придать себе храбрости. Они думают если у них шипы, их все боятся.
Одни только дети знают, чего ищут. Они отдают всю душу тряпичной кукле, и она становится им очень-очень дорога, и если ее у них отнимут, дети плачут.
Все дороги ведут к людям.
— Ах, малыш, малыш, как я люблю, когда ты смеешься!
Живется мне скучновато. Но если ты приручишь меня, моя жизнь точно озарится. Твои шаги я стану различать среди тысяч других. Заслышав людские шаги, я всегда убегаю и прячусь. Но твоя походка позовет меня, точно музыка и я выйду из своего убежища. Пожалуйста… приручи меня!
Ты для меня пока всего лишь маленький мальчик, точно такой же, как сто тысяч других мальчиков. И ты мне не нужен. И я тебе тоже не нужен. Я для тебя всего только лисица, точно такая же, как сто тысяч других лисиц. Но если ты меня приручишь, мы станем нужны друг другу. Ты будешь для меня единственным в целом свете. И я буду для тебя один в целом свете.
Слова только мешают понимать друг друга.
Там хорошо, где нас нет.
Взрослые очень любят цифры. Когда рассказываешь им, что у тебя появился новый друг, они никогда не спросят о самом главном. Никогда они не скажут: «А какой у него голос? В какие игры он любит играть? Ловит ли он бабочек?» Они спрашивают: «Сколько ему лет? Сколько у него братьев? Сколько он весит? Сколько зарабатывает его отец?» И после этого воображают, что узнали человека.
Взрослые никогда ничего не понимают сами, а для детей очень утомительно без конца им всё объяснять и растолковывать.
Знаешь, отчего хороша пустыня? Где-то в ней скрываются родники.
Сожалеть о любви — значит по-прежнему любить. Если не любишь — не сожалеешь.
Все взрослые сначала были детьми, только мало кто из них об этом помнит.
Если любишь цветок — единственный, какого больше нет ни на одной из многих миллионов звезд, этого довольно: смотришь на небо и чувствуешь себя счастливым. И говоришь себе: «Где-то там живет мой цветок. » Но если барашек его съест, это все равно как если бы все звезды разом погасли!
Это очень печально, когда забывают друзей. Не у всякого был друг. И я боюсь стать таким, как взрослые, которым ничто не интересно, кроме цифр.
— Однажды я за один день видел заход солнца сорок три раза! Знаешь. когда станет очень грустно, хорошо поглядеть, как заходит солнце.
— Значит, в тот день, когда ты видел сорок три заката, тебе было очень грустно?
Но Маленький принц не ответил.
Если идти все прямо да прямо, далеко не уйдешь.
Странный народ эти взрослые.
Когда очень хочешь сострить, иной раз поневоле приврёшь.
Другие статьи в литературном дневнике:
Портал Стихи.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и российского законодательства. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.
Ежедневная аудитория портала Стихи.ру – порядка 200 тысяч посетителей, которые в общей сумме просматривают более двух миллионов страниц по данным счетчика посещаемости, который расположен справа от этого текста. В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей.
© Все права принадлежат авторам, 2000-2021 Портал работает под эгидой Российского союза писателей 18+
Антуан де Сент-Экзюпери. Маленький принц
Если любишь цветок — единственный, какого больше нет ни на одной из многих миллионов звезд, этого довольно: смотришь на небо и чувствуешь себя счастливым. И говоришь себе: «Где-то там живет мой цветок…»
Маленький принц — это навсегда. Там собраны одни из самых чудесных мыслей.
Пойду посмотрю на небо.
Столько хороших слов..
мы в ответе за тех кого приручили. отрывок лисы и маленького принца бомбовый!
Моя самая любимая цитата из «Маленького принца»
Наверно не зря эту книгу читают люди разных возрастов. Я например читала ее несколько раз и каждый раз открывала для себя что-то новое.
Самое лучшее произведение которое я когда-либо читала. Могу перечитывать его бесконечно.
очень красивая цитата!
Нет еще такого произведения, которое по глубине своего содержания может заменить «Маленького принца»
Друзья!
Смотрите по чаще на небо!
счастлив тот, в ком детство есть-это мой муж!
Да не на небо. Это ошибка. Смотришь на него. Н-Е-Г-О. Что не читали что ли? Смотришь на него (в смысле на цветок)
Ну, вообщето в книге написано на небо.
Действительно в книге очень много хороших мыслей.
Ну. вообще-то действительно на небо) потому что маленький принц был на другой земле. а цветок был на его планете (одной из звезд) вот потому в конце «где-то там живет мой цветок».
моего любимого больше нет на этой планете, поэтому «где-то там живет МОЙ цветок»
А у меня там, на одной из звёзд, мой папа. где-то там живет мой цветок и я на него смотрю)
А МОЖЕТ СМОТРЕТЬ НАДО В СВОЕ СЕРДЦЕ И ТАМ ВСЕ УВОДИШЬ, НО КАК ЭТО СЛОЖНО, СУЕТА СУЕТ».
Похожие цитаты
Чем больше растешь над собой, тем чаще встречаешь изумительных людей. И чувствуешь себя незначительнее. Обычное дело.
Одиночество — это не просто, когда ты один. Одиночество — это когда ты один и чувствуешь себя в окружении тьмы. Пустота.
это знаете, как бывает. смотришь на человека и совершенно не слышишь, о чём он говорит. любуешься им. рассматриваешь черты лица. сходишь с ума. всё это будоражит твоё сознание и чувствуешь себя счастливым. больше ничего не надо. счастье-это всего лишь чьё-то лицо.
Если любишь цветок единственный какого больше
Если любишь цветок — единственный, какого больше нет ни на одной из многих миллионов звезд, этого довольно: смотришь на небо и чувствуешь себя счастливым. И говоришь себе: «Где-то там живет мой цветок…»
Комментариев нет
Похожие цитаты
Лежит в опочивальне царевна — лицом ясна, устами красна, грудью пышна… А рядом спит Иван… ДУРАК!
Маленькие эпизоды большой сказки.
— А ты и вправду волшебник?
— Конечно… Самый настоящий…
— А чем докажешь?
— Ну… Хочешь, угадаю твои желания? Ты хочешь любить и быть любима, жить в счастливом браке в собственном доме, иметь прекрасных деток: мальчика и девочку, по утрам просыпаться от ласк твоего единственного мужчины и от запаха свежесваренного кофе, принесённого им в постель, отдыхать на тёплом море и видеть радугу после дождя…
— Ну, удивил… Об этом все девушки мечтают…
— Да… Но я могу исполнить эти желания! Не веришь?
— Хо…
… показать весь текст …
…Сказку? Я бы с удовольствием рассказал бы тебе… Взрослую сказку… Про двух влюблённых людей… Которые как-то встретили друг друга и полюбили… Несмотря на расстояния и года… Просто, в один миг всё это перестало для них существовать… Даже не потому, что это стало неважным… Нет… Пространство и время вдруг превратилось в совершенно новое чувство — любовь! И не только пространство со временем… Привязанность, восхищение, уважение, ненависть, грусть, радость, и многое другое стало одной всепоглощающей любовью! И она вмещала в себе всё… Всё… И даже саму жизнь!
ЧИТАТЬ КНИГУ ОНЛАЙН: Маленький принц
НАСТРОЙКИ.
СОДЕРЖАНИЕ.
СОДЕРЖАНИЕ
Антуан де Сент-Экзюпери
Прошу детей простить меня за то, что я посвятил эту книжку взрослому. Скажу в оправдание: этот взрослый — мой самый лучший друг. И еще: он понимает все на свете, даже детские книжки. И, наконец, он живет во Франции, а там сейчас голодно и холодно. И он очень нуждается в утешении. Если же все это меня не оправдывает, я посвящу эту книжку тому мальчику, каким был когда-то мой взрослый друг. Ведь все взрослые сначала были детьми, только мало кто из них об этом помнит. Итак, я исправляю посвящение:
когда он был маленьким
Когда мне было шесть лет, в книге под названием «Правдивые истории», где рассказывалось про девственные леса, я увидел однажды удивительную картинку. На картинке огромная змея — удав — глотала хищного зверя. Вот как это было нарисовано:
В книге говорилось: «Удав заглатывает свою жертву целиком, не жуя. После этого он уже не может шевельнуться и спит полгода подряд, пока не переварит пищу».
Я много раздумывал о полной приключений жизни джунглей и тоже нарисовал цветным карандашом свою первую картинку. Это был мой рисунок №1. Вот что я нарисовал:
Я показал мое творение взрослым и спросил, не страшно ли им.
— Разве шляпа страшная? — возразили мне.
А это была совсем не шляпа. Это был удав, который проглотил слона. Тогда я нарисовал удава изнутри, чтобы взрослым было понятнее. Им ведь всегда нужно все объяснять. Это мой рисунок №2:
Взрослые посоветовали мне не рисовать змей ни снаружи, ни изнутри, а побольше интересоваться географией, историей, арифметикой и правописанием. Вот как случилось, что шести лет я отказался от блестящей карьеры художника. Потерпев неудачу с рисунками №1 и №2, я утратил веру в себя. Взрослые никогда ничего не понимают сами, а для детей очень утомительно без конца им все объяснять и растолковывать.
Итак, мне пришлось выбирать другую профессию, и я выучился на летчика. Облетел я чуть ли не весь свет. И география, по правде сказать, мне очень пригодилась. Я умел с первого взгляда отличить Китай от Аризоны. Это очень полезно, если ночью собьешься с пути.
На своем веку я много встречал разных серьезных людей. Я долго жил среди взрослых. Я видел их совсем близко. И от этого, признаться, не стал думать о них лучше.
Когда я встречал взрослого, который казался мне разумней и понятливей других, я показывал ему свой рисунок №1 — я его сохранил и всегда носил с собою. Я хотел знать, вправду ли этот человек что-то понимает. Но все они отвечали мне: «Это шляпа». И я уже не говорил с ними ни об удавах, ни о джунглях, ни о звездах. Я применялся к их понятиям. Я говорил с ними об игре в бридж и гольф, о политике и о галстуках. И взрослые были очень довольны, что познакомились с таким здравомыслящим человеком.
Так я жил в одиночестве, и не с кем было мне поговорить по душам. И вот шесть лет тому назад пришлось мне сделать вынужденную посадку в Сахаре. Что-то сломалось в моторе моего самолета. Со мной не было ни механика, ни пассажиров, и я решил, что попробую сам все починить, хоть это и очень трудно. Я должен был исправить мотор или погибнуть. Воды у меня едва хватило бы на неделю.
Итак, в первый вечер я уснул на песке в пустыне, где на тысячи миль вокруг не было никакого жилья. Человек, потерпевший кораблекрушение и затерянный на плоту посреди океана, — и тот был бы не так одинок. Вообразите же мое удивление, когда на рассвете меня разбудил чей-то тоненький голосок. Он сказал:
— Пожалуйста… нарисуй мне барашка!
— Нарисуй мне барашка…
Я вскочил, точно надо мною грянул гром. Протер глаза. Стал осматриваться. И увидел забавного маленького человечка, который серьезно меня разглядывал. Вот самый лучший его портрет, какой мне после удалось нарисовать. Но на моем рисунке он, конечно, далеко не так хорош, как был на самом деле. Это не моя вина. Когда мне было шесть лет, взрослые убедили меня, что художник из меня не выйдет, и я ничего не научился рисовать, кроме удавов — снаружи и изнутри.
Итак, я во все глаза смотрел на это необычайное явление. Не забудьте, я находился за тысячи миль от человеческого жилья. А между тем ничуть не похоже было, чтобы этот малыш заблудился, или до смерти устал и напуган, или умирает от голода и жажды. По его виду никак нельзя было сказать, что это ребенок, потерявшийся в необитаемой пустыне, вдалеке от всякого жилья. Наконец ко мне вернулся дар речи, и я спросил:
— Но… что ты здесь делаешь?
И он опять попросил тихо и очень серьезно:
— Пожалуйста… нарисуй барашка…
Все это было так таинственно и непостижимо, что я не посмел отказаться. Как ни нелепо это было здесь, в пустыне, на волосок от смерти, я все-таки достал из кармана лист бумаги и вечное перо. Но тут же вспомнил, что учился-то я больше географии, истории, арифметике и правописанию, и сказал малышу (немножко даже сердито сказал), что не умею рисовать. Он ответил:
— Все равно. Нарисуй барашка.
Так как я никогда в жизни не рисовал баранов, я повторил для него одну из двух старых картинок, которые я только и умею рисовать — удава снаружи. И очень изумился, когда малыш воскликнул:
— Нет, нет! Мне не надо слона в удаве! Удав слишком опасен, а слон слишком большой. У меня дома все очень маленькое. Мне нужен барашек. Нарисуй барашка.
Он внимательно посмотрел на мой рисунок и сказал:
— Нет, этот барашек уже совсем хилый. Нарисуй другого.
Мой новый друг мягко, снисходительно улыбнулся.
— Ты же сам видишь, — сказал он, — это не барашек. Это большой баран. У него рога…
Я опять нарисовал по-другому. Но он и от этого рисунка отказался: